?

Log in

No account? Create an account

[icon] Рингельблюм. Польско-еврейские отношения во время Второй Мировой Войны. - this song's got no title (just words and a tune)
View:Recent Entries.
View:Archive.
View:Friends.
View:Profile.
View:Website (My Website).
[ЖЖ] - фрагменты:Лента друзей. Лента communities. Syndicated Feeds. Друзья Друзей. Мой LJ Inbox. Дни рождения лжеюзеров.
 
Разное:Axis History Forum. Poemas del río Wang. Peter's Paris. milkyelephant. the creatures in my head by andrew bell. Edward Gorey House (events and exhibitions). The Simon and Garfunkel Lyrics Archive. Eltonography :). Bernie Taupin's Discography.

Tags:, , , , ,
Current Music:Elton John - Hymn 2000
Security:
Subject:Рингельблюм. Польско-еврейские отношения во время Второй Мировой Войны.
Time:08:43 am
тэг всех постов с переводом этой работы: http://toh-kee-tay.livejournal.com/tag/polish-jewish-relations-wwii

2. Польско-еврейские отношения перед войной


Во всем виноваты евреи – «Рыночные прилавки» вместо «Землю крестьянам» – Бойкот вместо рабочих мест для молодежи – Экономический антисемитизм – Культурный антисемитизм – Отношение крестьян к евреям – Рабочий класс против фашизма и антисемитизма


Чтобы понять структуру польско-еврейских отношений во время войны, нам потребуется исследовать довоенный период. Тогда станет очевидно, что катастрофические ошибки режима Санации(1) привели к роковым последствиям для страны и определили участь еврейского населения Польши. Политика правящей Санации довела страну до состояния экономического и политического развала. Эта политика помогла развернуть такую антисемитскую шумиху, что довоенная Польша стала ведущей антисемитской страной в Европе, уступая одной лишь Германии.

Важнейшие проблемы страны были оставлены без внимания, все проблемы рассматривались с антисемитской точки зрения. Евреев обвиняли во всех бедах, во всем видели руку «мирового еврейства» стремившегося править миром. Главным в Польше – стране, на две трети аграрной, – был земельный вопрос. От решения этого вопроса зависело нормальное развите промышленности и торговли, урбанизации, культуры, нормализация социальных проблем страны и т.д. Вместо решения аграрной проблемы в соответствии с нуждами миллионов безземельных крестьян и мелких землевладельцев путем раздела крупных латифундий, провинциальных крестьян агитировали отбирать лавки у евреев. Прилавки вместо земли – такова была программа объединенного антиеврейского фронта Эндеко-Санация (*** Санация и Национальные Демократы (ND, «ЭнДе») ***). Целью этой агитации наряду с частыми погромами в Пшытыке, Бресте, Белостоке, Кельце и в других областях было отвлечь внимание населения от настоящих насущных вопросов и направить его по ложному пути расовой дискриминации и межнациональной ненависти. (2)

Польские города переживали экономический кризис. Молодежь, выпускники школ и училищ, не могли найти работу в слаборазвитой и неспособной конкурировать с заграницей – за отсутствием опыта и капитала – промышленности. Иностранный капитал избегал Польшу из-за нерегулируемых социальных и экономических отношений, создававших нестабильность, неблагоприятную для нормального экономического развития. Безработица в городе и в деревне, особенно среди молодежи, была одной из главных проблем Польши. (3) Вместо того, чтобы искать решение этих фундаментальных социальных проблем, правительство во всем обвинило евреев. Далее, вековые проблемы недоразвитого третьего сословия, собирались разрешить насилием и принуждением. Экономический бойкот евреев с санкции и при поддержке представителей высшей власти (знаменитое «Нормально!» премьера Складковского (4)) должен был разрешить серьезные экономические и национальные проблемы, решение которых на самом деле требовало мира и взаимопонимания. Экономический бойкот дал волю самым низменным инстинктам толпы, и она безнаказанно бесчинствовала, круша лавки и мастерские, организовывала погромы и вытворяла, что угодно, без препятствий со стороны властей. Непрекращающиеся массовые волнения превратили Польшу в Мексику, страну под властью насилия и анархии. (5) Созданные в стране условия благоприятствовали росту гитлеризма и расизма, иными словами, современного каннибализма.

Еврейским мастерам не разрешали брать подряд на государственные заказы, хотя такое искусственное устранение конкуренции завышало цены. Евреев увольняли с государственных и муниципальных должностей, даже в таких отраслях производства, которые они десятилетиями развивали своим трудом (к примеру Табачная Монополия в Гродно и других городах). Характерной чертой всех законопроектов было устранить евреев из экономической жизни страны. Целью Устава Промышленности, в особенности принудительного членства в профсоюзах, было изгнать евреев из ремесел, некоторые из которых веками контролировались еврейскими мастерами.

Наряду с так называемым экономическим антисемитизмом расцвел антисемитизм культурный, сильно навредивший репутации Польши за рубежом. O.N.R (6) (*** Obóz Narodowo-Radykalny «Национально-радикальный лагерь» ***) – молодые люди, зараженные ядом расовой ненависти – захватили высшие учебные заведения и приступили к насильственному насаждению своей «культурной» программы. Непрекращающиеся бесчинства в университетах, спровоцированные ноябрьской годовщиной (годовщиной смерти студента Вацлавского, убитого во время студенческих волнений в Вильне), разделение аудиторий на левую (еврейскую) и правую (арийскую) стороны, бойкот и физическое насилие по отношению к либеральным профессорам и профессорам еврейского происхождения, университетские забастовки с требованиями установления numerus nullus (*** квот ***) для евреев – всё это превратило высшие учебные заведения в рассадники хищников, насаждающих свои порядки при помощи кастетов, бритв, ножей и дубинок. Каждый учебный год проливалась еврейская кровь, студентов-евреев ранили и даже убивали.(7)

Параллельно с этой «культурной» деятельностью в высших учебных заведениях Эндеко-O.N.R-овцы внедрили расовое преподавание, ввели numerus clausus (*** квоты ***) в высших школах и университетах. Numerus clausus – или скорее numerus nullus в отношении евреев – был в силе в правительственных, муниципальных и государственных учреждениях. Дошло до того, что главный инспектор государственных школ Варшавы посоветовал еврейским учителям сфотографироваться на групповой портрет, так как они теперь представляют всё, что осталось от учителей-евреев в государственной системе образования. Многие общественные и профессиональные организации Эндеко-Санации (ассоциации инженеров, докторов, дантистов, почтальонов и т.д.) приняли громкие резолюции по арийскому пункту. (8) Самых достойных людей исключали из этих ассоциаций, если их арийское происхождение было сомнительным. Съезды этих организаций вместо обсуждения того, как улучшить экономические условия, превратились в расистские пропагандистские митинги – к большому удовольствию западного соседа Польши. Представителей расистской «доктрины» и мракобесия из Германии гостеприимно принимали в университетах. Нынешний генерал-губернатор, доктор Франк, был частым гостем в Alma Mater Varsoviensis (*** Варшавском Университете ***), где он читал лекции собранию людей науки о новых теориях в немецком «законе», вводившихся современными людоедами в местах уничтожения. (9)

В любом случае, антисемитская программа правящей Санации была лишь частью общей националистической политики, основанной на преследовании украинцев и белорусов, закрытии их школ, общественных и культурных организаций, на знаменитых «усмирениях» (10), на Берёзе-Картузской (11) (*** концлагерь в Польской Республике ***), на параде украинских и белорусских «представителей», и т.д. Эти «представители» повторяли декларации верности от имени своих народов в парламенте, в сенате и на фарсах митингов Санации. Санация также «решала» и еврейский вопрос – при помощи «своих» евреев из числа ортодоксов и бизнесменов. Эти евреи услужливо обеспечивали Санации места в парламенте и повторяли декларации от имени еврейского народа о благах, принесенных политикой Санации. И внутри страны и вне ее хорошо понимали, что действительной целью всей этой деятельности было расколоть польское общество изнутри, раздробить и ослабить его защиту, чтобы потом возликовать на обломках национального единства. Пропаганда расовой и национальной ненависти стала троянским конем нацизма в польском обществе, с нее начался процесс порчи и гниения изнутри. Лидеры Санации и ЭнДеко-O.N.R., поборники национальной идеи, стали невольными марионетками в руках иностранных агентов, чью руку эти националисты видели везде и во всем, кроме самих себя. Пустые религиозные акции использовались для отвлечения внимания общественности от важных проблем; например, Прысторова, член парламенстской фракции Санация, агитировала «против ритуального забоя» (12) (*** это, насколько я понимаю, шхита – забой скота кашерным способом. ***). Подобная пропаганда стала отличным орудием одурачивания большинства и удерживания народных масс от решения действительно насущных задач обороноспособности и единства страны.

Объединенный крестьянский фронт (Piast, Wyzwolinie(13)) возможно и понял опасность, грозившую государству и трудовому крестьянству расизмом и идеологией лавочников, но они изнутри прогнили антисемитскими традициями, и им не хватило силы воли отбросить лицемерие и открыто противостоять фашистской O.N.R. , союзникам крупных землевладельцев, по еврейскому вопросу. Они боялись, что крестьянское движение назовут про-еврейским, а его лидеров – лакеями и мальчиками на побегушках у евреев.

Только классово-сознательные рабочие открыто и безоговорочно боролись против польского фашизма в любых его формах, от откровенно нацистской «Молнии»(14) до O.N.R.-Falanga. Но поскольку Польша была аграрной страной, рабочему движению не хватило силы отрубить головы гидре фашизма, и к тому же правящая Санация делала всё возможное, чтобы ослабить и расколоть рабочее движение путем создания конкурирующих с ним лояльных Санации профсоюзов. (15)

Суммируя, следует подчеркнуть, что готовясь к войне, Гитлер избрал Польшу первой страной для нападения. И поэтому он приложил огромные усилия к тому, чтобы завладеть ею изнутри перед тем, как завоевать оружием. Эти усилия при значительной поддержке местного элемента, принесли плоды во время войны. Социально расслоенная, разрываемая национальной ненавистью, деморализованная кампаниями против «ритуального забоя», программой захвата рыночных прилавков, бойкотами и подобными антисемитскими фарсами, Польша была легкой добычей для Гитлера. В 1939-м году Польшу привела к краху не только сила внешнего врага, но и внутренний враг, разрушивший единство страны, ее обороноспособность и сплоченность. Этим врагом был польский фашизм в союзе с антисемитизмом.


Примечания:
(1) Санация - прозвище правящего с 1926 по 1939 год в Польше политического блока, возглавляемого маршалом Юзефом Пилсудским. Это прозвище было связано с лозунгом «морального очщения» общественной жизни страны. После смерти Пилсудского в 1935 году в Санации еще более усилились националистические и антисемитские течения. Созданный Санацией Лагерь Национального Объединения начал сотрудничать с антисемитским Национально-радикальным лагерем. Во время нацистской оккупации армейские круги, связанные ранее с Санацией, играли важнейшую роль в главной польской подпольной военной организации – Армии Крайовой.

(2) Лагерь Национального Объединения (O.Z.N., созданный Санацией) и Национально-радикальный Лагерь (O.N.R., отколовшийся от Национал-Демократов) были конкурирующими организациями националистической молодежи, целью которых была борьба с коммунистической идеологикей путем настраивания народных масс против евреев. Оба «лагеря» призывали народ захватывать еврейские источники дохода. Такой агрессивный антисемитизм должен был служить укреплению дружбы Польши и нацистской Германии, подписавших друг с другом договор в конце января 1934-го. Национал-демократы начали в маленьких городах кампанию по захвату еврейских лавочек обедневшими польскими крестьянами. Молодчики O.N.R. организовывали волнения в местечках в рыночные дни и по любому другому подходящему поводу. Волна беспорядков и террора прокатилась по Польше с 1935 по 1937 год.

Череда погромов началась в июне 1935-го с бесчинств в Гродно, Сувалках и Рачёнже. В ноябре 1935-го произошел погром в Одживуле, а 9-го марта 1936 года – печально известный погром в Пшытыке, в котором было убито трое евреев и ранено двадцать два. Затем были погромы в Минск-Мазовецком (с 1-го по 5-е июня 1936-го года), в Мысленице (так называемый марш Добожинского 24-го июня 1936-го года), во Львове, Пётркуве-Трыбунальском, Плоньске, Сероцке (тоже в июне 1936-го), в Высоке-Мазовецке (14 сентября 1936 года), в Бресте (13 мая 1937), в Ченстохова (19 июня 1937), в Мостах, Каменьске, в Жарках, Радомске, Конецполе, Клещево, Пшедбуже, Дзялошине (тоже в июне 1937-го), в Пшытыке, Одживуле, Опочно, Нове-Място, в Ясёнувке возле Белостока (июль 1937-го), в Стоке возле Венгрува, Дыбеке возле Острува, Браньске Подляском (23 августа 1937 года), в Быдгоще (31 августа 1937 года), во Влоцлавеке, Люблине, Гродно и Ломже (сентябрь 1937-го).

Погром в Пшытыке, маленьком местечке в районе Радома, стал знаменит тем, что в ходе его участником еврейского отряда самообороны был убит один из погромщиков. Еврея арестовали и судили двумя судами – и ни один суд не нашел оправдания человеку, защищавшемуся от неминуемой смертельной опасности. Оба суда сочли его действия достойными сурового наказания. Приговор фактически означал, что еврею запрещено защищать себя. Тогда как остальным гражданам государства разрешено было защищаться в случае нападения возможных убийц. Этот приговор послужил сигналом, что евреи – свободная добыча. На суде против участников беспорядков в Пшытыке (приговор был оглашен в Радоме 26 июня 1936 года) одиннадцать еврееи и двадцать пять христиан были признаны виновными и приговорены к различным срокам заключения. Правительство держалось в стороне и вмешивалось только в случаях, когда погромщики нападали на полицию, или евреи вставали на свою защиту. Приговор участникам беспорядков в Пшытыке стал глубоким потрясением для всего польского еврейства, которое сочло его фактическим объявлением войны себе от имени польского народа и правительства.

Следует напомнить, что в знак протеста против этого погрома, направленного против мелких еврейских торговцев на Пшытыкской ярмарке, Бундом совместно с еврейскими профсоюзами была организована общееврейская забастовка. Евреи ответили действительно огромной демострацией 17-го марта 1936 года, на которую Бунд также мобилизовал большую часть польского рабочего класса и привлек внимание всего пролетариата страны.

(3) Польша была страной с особенно массовой безработицей. Кроме значительного избытка в деревне трудоспособного населения, оценивавшегося в 30-е годы в несколько миллионов, была массовая безработица в городах. В 1935 году, без работы было около 20% кормильцев семей. Особенно сильно рынок труда ударил по молодежи. В предвоенную декаду нехватка рабочих мест для молодежи составляла 300,000, что вызвало массовую эмиграцию – и сезоную и постоянную – за десять лет превысившую миллион человек. Особенно тяжелой была безработица в больших городах. Экономист Людвик Ландау оценивал количество безработных в одной Варшаве в 1935 году в сто тысяч человек.

(4) После внесения изменений в польскую конституцию (в 1935 году) , упразднивших подотчетность правительства парламенту, и внесения изменений в избирательное право, давших правительству, фактически, полномочия диктовать, кого следует избирать в Сейм и Сенат, вся парламентская оппозиция со стороны евреев была раздавлена. В новоизбранном Сейме увеличилась антисемитская агитация, и методы экономического антисемитизма открыто санкционировались Премьером Складковским в его знаменитой реплике: «Экономическая война с евреями – это нормально.» Это означало, что правительство будет защищать евреев от насилия и угнетения, но охотно поддерживает их вытеснение и исключение, блокирование их источников дохода и вынуждение покинуть страну.

Национал-демократы поддержали лозунг Премьера. Они утверждали, что страдающий от экономического кризиса в маленьких городах польский народ находится под властью евреев, и что поэтому необходимо разбить эту «инородную» власть и захватить источники еврейского дохода. Они объявили, что обедневшие польские массы имеют полное право любыми средствами изгнать «инородцев», захвативших столько областей экономики.

Правительство пыталось придать своей антисемитской политике приемлемую форму, использовать законные методы для массового блокирования источников дохода евреев и их вытеснения. Оно пыталось придать своим мерам видимость ответа на требования развивающейся экономики, или на требования польского народа, экономической ситуацией вынужденного заняться еврейскими профессиями.

Власти маленьких городков и областей меняли дни ярмарок на субботу или другие еврейские праздники, и переносили ярмарки за город, чтобы евреям было труднее туда добраться. Власти отменяли междугородние автобусы, находившиеся, в основном, в руках евреев. Правительство начало ограничивать права евреев свободных профессий, усложняя экзамены евреям, отучившимся за границей, и усложняя молодым адвокатам прием в адвокатскую коллегию. Правительство подняло налог на еврейских торговцев и ремесленников и ограничило выдачу кредита еврейским торговцам, ремесленникам и мелким промышленникам. Такая экономическая политика в первую очередь ударила по беднейшим слоям и привела к банкротствам и даже самоубийствам. Напряженность и вместе с ней тенденция исключать евреев возросла в предвоенный период под влиянием двух факторов: подъема польской буржуазии и интеллигенции и всё увеличивающегося притока крестьян в большие и маленькие города. Антисемиты умножили свои усилия по вытеснению евреев из польской экономики. Произошел резкий спад в еврейской доле сельскохозяйственного промысла и поставки индустриальных товаров в деревню, как и во всех отраслях, связанных с государственной монополией и экспортом.

Происходящее с еврейским населением в тот период точно отразилось в ремарке Премьера, генерала Складковского, когда делегация еврейских членов Сейма и представителей торговой ассоциации обратилась к нему с протестом по поводу ужасной экономической ситуации для евреев и их незащищенности – на них нападали на улицах, их избивали в университетах, их фабрики и мастерские пикитировали. Он ответил им такими словами: «И что с того? Это тоже средства экономической войны...» Это было отсылкой к знаменитому пассажу, сказанному в Сейме.

Несмотря на всё это, до начала войны польские евреи были органической частью национальной экономики, они крепко укоренились и были широко представлены во всех секторах экономики на всех уровнях производства.

(5) На польском журналистском жаргоне выражение «Мексика» частенько использовалось как символ политически нестабильной страны, где царили беспорядки, использовавшиеся антидемократическими силами. Выражение появилось из-за условий, бытовавших в Мексике между 1911-м и 1934-м годами в период постоянных переворотов и смен правительства. Эта аналогия, разумеется, не точна для Мексики в последующие годы.

(6) В 1934 году от национальной партии ( Stronnictwo Narodowe ) откололся Национально-радикальный Лагерь (Obóz Narodowo-Radykalny - O.N.R) – группа молодых деятелей антисемитского и про-нацистского толка. O.N.R. положил начало формированию вооруженных банд, которые устравивали погромы, обеспечивали силовую поддержку бойкота евреев-торговцев и крушили еврейские мастерские и жилища. O.N.R. ввел так называемые «скамьи гетто» в университетах. Видным в то время лидером O.N.R. был Болеслав Пясецкий (ныне член Госсовета Польши (*** Болеслав Пясецкий после войны был арестован НКВД и на свободу с чистой совестью вышел уже коммунистом. Эта редакция работы Рингельблюма и примечания к ней – 1974-го года: в 1974-м году Пясецкий заседал в госсовете Польши. ***). В результате раскола внутри O.N.R. возникли две новые группы - O.N.R. - Falanga и O.N.R. - ABC, и та и другая одинаково антисемитские.

Во время нацистской оккупации O.N.R. – Falanga продолжила свою деятельность под именем Конфедерация польского народа, а O.N.R. – ABC под именем Związek Jaszczurczy (*** современный «союз ящериц» ***) или Szaniec. У обеих групп были свои издания (Szaniec, Placowka, Praca i Walka, Zaloga, Walka ), печатавшие антисемитские статьи в стиле «Штурмовика» на протяжение всей нацистской оккупации, внося значительный вклад в рост антисемитских настроений среди поляков. Обе эти группы создали также большую хорошо вооруженую армию - Национальные Вооруженные Силы ( Narodowe Siły Zbrojne - NSZ ), с конца 1942 года совершавшую неоднократные нападения на отряды еврейских партизан, а также убивавшую евреев, живших на нелегальном положении.

(7) N.D. – Национал-демократы – возобновили нападки на евреев в 1931 году. К тому времени они уже внедрились в высшие учебные заведения, ставшие бастионами национализма, и использовали академическую автономию для ограничения прав евреев и для установления квоты на прием евреев-студентов, в особенности на факультеты свободных профессий, неподконтрольных правительству Санации. В начале 1931/1932 учебного года произошли стычки и столкновения между польскими и еврейскими студентами в вузах. Нападавшими были поляки, а евреи защищались.
Во время одного из таких столкновений в Вильне был убит польский студент, и несколько студентов-евреев ранены и избиты. Правительство осудило это движение и приняло меры против него. Но когда студенты вышли на улицы и принялись нападать на евреев и даже попытались пройти по еврейскому кварталу Варшавы (откуда их вышвырнули еврейские носильщики и кучера), правительство не предприняло серьезных попыток их остановить. Министры внутренних дел и образования, Перацкий и Анджеевич, объявили в Сейме, что они и хотели бы поддерживать порядок и безопасность, но им трудно взять под контроль ситуацию в высших учебных заведениях, пользующихся по закону правами автономии.

После смерти Пилсудского в 1935 году лидеры Санации попались в ловушку лозунгов и действий национал-демократов. Последние продолжали натравлять польских студентов на их еврейских товарищей, будущих конкурентов в адвокатском и врачебном деле. По их сигналу начались атаки на студентов-евреев в Варшавском университете. Их стали вытеснять на задние ряды, не пускать в анатомические классы, если они сами не приносили трупы, и преследовать на всем протяжении учебы.
В ответ на декрет об отдельных скамьях для евреев в университетах и вузах, открывший путь нюрнбергским законам в Польшу и сильно ударивший по еврейским студентам, партия «Бунд» организовала 19-го октября 1938 года внушительный массовый протест, показавший готовность еврейских масс бороться за свои права.

(8) Начиная с 1936 года нацистский лозунг «арианизации», другими словами внедрения в Польше нюрнбергских расистских законов, пользовался всё увеличивавшейся поддержкой представителей свободных профессий, торговцев и ремесленников. Многие профсоюзы и ассоциации, особенно находившиеся под влиянием национальной партии ( Stronnictwo Narodowe ) и Лагеря Национального Объединения (O.Z.N.) , приняли резолюции против принятия евреев в свои ряды. В 1937/1938 учебном году автономные управления некоторых университетов официально признали так называемые «скамьи гетто», после чего в студенческих билетах студентов-евреев была проставлена специальная печать, и они были обязаны сидеть отдельно от остальных студентов с левой стороны аудитории. В январе 1939 года члены польского Сейма представители Лагеря Национального Объединения – господа Стох и Кенец – внесли проект закона о лишении польских евреев гражданства.

(9) Польша виделась себе разрываемой на части двумя враждебными силами, но страх перед Россией был сильнее страха перед Германией. Россия так и не смирилась с условиями рижского договора (*** 1921 года ***) и ждала удобного момента захватить восточные области польши (Kresy Wschodnie – восточные окраины). В этих сельскохозяйственных областях крепло коммунистическое движение, в программу которого входило отделение от Польши и присоединение к Советской Украине и Белосуссии. Поэтому идея Пилсудского об объединении западных народов для борьбы с Германией, пока та слаба, не прошла. (В частности, Запад не обратил внимания на предложение Пилсудского, так как видел в Гитлере и его партии растущую силу, способную укрепить Германию и остановить российскую экспансию успешнее, чем это могла бы сделать Польша). Договор Польши с Германией был подписан в конце января 1934 года.

Сближение с Германией еще ускорилось со смертью Пилсудского, и в этой атмосфере взаимной дружбы с почестями принимали маршала Геринга и министра Ганса Франка (*** будущего генерал губернатора оккупированной Польши ***). Геринг приехал с кратким визитом в Варшаву 19 февраля 1936 года и с более продолжительным официальным визитом с 15-го по 22-е февраля 1937 года.
Ганс Франк, тогда министр и глава немецкой юридической академии, посетил Варшаву 12-го февраля 1936 года. Его принимали среди прочих Юзеф Бек, князь Януш Радзивилл и Ян Шембек. По приглашению польского комитета по международному интеллектуальному сотрудничеству он прочел лекцию по Zwischenstaatliche Rechtspolitik - межгосударственному праву.

(10) Украинцы, составлявшие большинство населения юговосточных окраин Польши (Волыни, Подолья, Восточной Галиции) надеялись создать в регионе независимое украинское государство. Польское правительство было категорически против и запретило деятельность экстремистской антипольской организации украинских националистов. Украинские националисты ответили террором против польских чиновников. В 1931 году ими был убит видный член Санации Тадеуш Голувко, а в 1934-м – министр внутренних дел Бронислав Перацкий. В свою очередь польские власти ввели принцип коллективной ответственности и иногда сжигали целые деревни, подозревавшиеся в симпатиях к борьбе украинцев за независимость. Эти репрессивные меры назывались «усмирением украинских территорий».

(11) Концлагерь в Польше, организованный в 1934 году. По закону власть могла заключать туда противников режима на срок до трех месяцев. На деле срок заключения произвольно увеличивали. Также здесь содержались многие еврейские политики левого толка.

(12) Вопрос о еврейском ритуальном забое скота (*** о шхите ***) был поднят на последнем Сейме; в начале марта 1936 года в Сенате проходили бурные дебаты насчет упразднения еврейского ритуального забоя скота – закон, предложенный на якобы гуманитарных основаниях, авторы которого и не пытались скрыть его настоящую цель – вытеснить евреев с мясного рынка и разрушить их экономическую позицию. Правительство не посчитало нужным противостоять закону против шхиты, но посчитало необходимым подсластить пилюлю, одновременно разрушая еврейскую монополию на торговлю свежим мясом. Сообразив, что трехмиллионное еврейское население Польши, в большинстве соблюдающее законы кашрута, не станет соблюдать новый закон в предложенном виде, правительство предложило компромисс: Шхита не будет запрещена, но ограничена квотой в количестве, необходимом для потребления самими евреями. Стоит отметить, что в ответ на погромы и антиеврейские законы, были организованные всепольские еврейские забастовки в марте и июне 1936 года. В 1937 году Бунд организовал протест против закона об ограничении шхиты, в котором они видели преднамеренную атаку на свободу совести и вероисповедания еврейского населения Польши.

(13) В марте 1931 года три разных польских крестьянских партии – Polskie Stronnictwo Ludowe „Piast”, Polskie Stronnictwo Ludowe „Wyzwolenie” и Stronnictwo Chłopskie (*** две разных «польских народных партии» и одна «крестьянская партия»***) – объединились в партию под названием Stronnictwo Ludowe (***«народная партия» ***). Определяющим в новой партии было влияние членов бывшего «Пяста», составлявших правое крыло крестьянского движения и проявлявших антисемитские тенденции. Во время Второй Мировой Войны «Народная партия» играла важную роль как в Польском Правительстве в Изгнании, так и во всех отделениях его представительства на родине.

(14) Речь идет о национал-социалистической организации, которую пытались создать в Польше перед войной Эразм Самборский и Подгорский. После вторжения Германии эти двое вместе с другими – Светлицким, активистом Фаланги; Зигмунтом (*** Ежи? ***) Цыбыховским, профессором внутреннего и международного права Варшавского Университета и Академии международного права в Праге; и Владиславом Студницким – создали Польскую Национал-Социалистическую Партию, носившую официальное имя Narodowa Organizacja Radykalna (сокращенно NORA). Главной задачей этой организации было пропагандировать антисемитизм среди поляков (*** извините, но куда еще-то пропагандировать??? ***). Сия партия была ликвидирована немецкими оккупационными властями в феврале 1940-го, и ее штабквартира закрыта.

(15) Чтобы ослабить влияние профсоюзов, связанных с польской соцпартией, Санация создала свои собственные профсоюзы, вошедшие в блок Санация.
Так, к 1935-му году, когда в польских профсоюзах состояли всего 670,000 человек, 243,000 из них состояли в профсоюзах Санации, и 249,000 – в профсоюзах социалистической партии. Что касается остальных профсоюзов, общее число их членов составляло около 180,000 и большинство находились под влиянием правой национальной партии (***Stronnictwo Narodowe ***).






***

перевод из книги Emmanuel Ringelblum "Polish-Jewish Relations During the Second World War" edited by ‎Joseph Kermish, ‎Shmuel Krakowski, ISBN 0810109638, 9780810109636
comments: Leave a comment Previous Entry Share Next Entry


slychainazemle
Link:(Link)
Time:2013-12-16 06:31 pm (UTC)
Очень интересно .По рассказам мамы ,мой дед был бундовцем и коммунистом и погиб от железной немецкой перчатки где- то в 1935-36 году в Белостоке
(Reply) (Thread)

[icon] Рингельблюм. Польско-еврейские отношения во время Второй Мировой Войны. - this song's got no title (just words and a tune)
View:Recent Entries.
View:Archive.
View:Friends.
View:Profile.
View:Website (My Website).
[ЖЖ] - фрагменты:Лента друзей. Лента communities. Syndicated Feeds. Друзья Друзей. Мой LJ Inbox. Дни рождения лжеюзеров.
 
Разное:Axis History Forum. Poemas del río Wang. Peter's Paris. milkyelephant. the creatures in my head by andrew bell. Edward Gorey House (events and exhibitions). The Simon and Garfunkel Lyrics Archive. Eltonography :). Bernie Taupin's Discography.