Ньят (toh_kee_tay) wrote,
Ньят
toh_kee_tay

Categories:
  • Music:

Владка Мид "По обе стороны стены"

продолжение.
начало здесь:
http://one-way.livejournal.com/571618.html
http://one-way.livejournal.com/571931.html

Умшлагплац



Моих близких увезли. Что было делать? К кому идти?

Вместе с сестрой, все еще работавшей в общественной столовой, я скиталась по гетто, опустошенная и растерянная. Мы уже просили о помощи соседа-полицейского, советовались со знакомыми, имевшими связи в юденрате, искали влиятельных людей, плакали, молили – все без толку. Будь у нас американские доллары или другие ценные вещи, возможно, нам и удалось бы спасти маму и Хаима. Но у нас не было ни копейки.

И вот, отчаявшись, мы, как и многие другие в нашем положении, отправились на Умшлаг в поисках новостей. Портной по фамилии Минц, наш сосед и знакомый, работал в мастерской Тоббенса. Его с женой и двумя сестрами схватили в ходе той же облавы, в ходе которой схватили и мою семью, и привезли на Умшлагплац, где они и провели всю ночь. К счастью наутро явился его начальник, немец, и договорился с немецкими властями об освобождении всех работников мастерской Тоббенса. Минц передал мне записку от моих. В ней говорилось, что они стояли в очереди за куском хлеба, и что им надо бы поторапливаться, иначе им не достанется, и придется садиться в вагон без еды. Вот и всё... это была последняя весть, дошедшая до меня от мамы и брата. Я знала, что они не ели два дня – мама не успела ничего приготовить до начала облавы. Я засыпала Минца вопросами. Как они? В каком насторении? Но он не мог сказать ничего внятного.

«Море людей, » – говорил он сквозь кашель – «Куда ни глянь, старики и дети, мужчины, женщины, всё перемешано. Море людей, но каждый одинок, ушел в себя. Отчаяние... не с кем поговорить, некого спросить о чем-нибудь. И нечего пить – нечего, нечего...»

Второй раз я прибежала на Умшлагплац с небольшим пакетом с едой, надеясь передать его маме. По пути я встретила нашу соседку мадам Закерман. Во время облавы немцы забрали ее троих детей, пока сама она была на работе в мастерской Тоббенса. Предъявив свою трудовую, она попыталась вернуть детей, но безуспешно. И вот теперь, обвешанная коробками, она неслась по улице, глядя вперед, как будто увидела что-то вдали. Я умоляла ее подождать минуту, пока я напишу пару строк на клочке бумаги и спрячу его в пакет с едой. Она взглянула на меня, не понимая, выхватила пакет у меня из рук и выкрикнула: «Простите, но я не могу дольше ждать! Я тороплюсь – моя доченька там плачет! Бог знает, увижу ли я их когда-нибудь еще...» Водрузив корзину на плечо, она вдруг спросила меня: «А как у тебя дела?»

Что я могла ответить? Снова и снова мы с сестрой говорили о том, чтобы присоединиться к маме и брату и разделить их судьбу. Но мы не могли решиться, сдерживаемые страхом перед неизвестностью. «Я еще немного побуду здесь» – ответила я тихо – «Быть может, мне удастся вытащить их.»

«Пустые хлопоты,» - криво усмехнулась мадам Закерман – «я уже пыталась.»

Не дожидаясь ответа, она поцеловала меня: «Врядли мы когда-нибудь увидимся.» И поспешила прочь.

Я так и стояла, словно оглушенная, глядя ей вслед. Я впервые осознала: не только добрая мадам Закерман, но и мои мама и брат ушли из моей жизни навсегда.

***

продолжение следует
Tags: 1942, vladka meed, варшавское гетто, владка мид, книги, переводы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments