Category: еда

Хана Кольски zoom

Сестра

Какое счастье! Моя сестра
сидит рядом со своим женихом. Здесь, за столом
она не плачет - уже давно это себе запретила.
А если вдруг - то что тогда скажут люди?

Моя сестра светится от счастья.
Сердце её этот свет вбирая, мерцает.
А вся орава дружно налегает
на кошерных куриц с подливкой.

клёцки из свежей муки, очень вкусные -
это свекровь свежая расстаралась.
Но гости предпочитают повидло,
которое мама, родная мама сварила.

Стоит перед дружкой моей сестры полная чарка мёду.
Она несмело прикасается к ней губами.
Сколько людей собралось, целая толпа!

А плетёные халы - это шедевры отца.
Вот уже сорок лет, как он, слава Б-гу,
вынимает из вон той, единственной печи
халы и свежий хрустящий хлеб.

Разве он мог когда-нибудь подумать,
что целый народ может выйти дымом из труб
Майданека,
Треблинки,
Освенцима...
...а мир , с Б-жьею помощью,
всё это выдержал.

Моя сестра, как под фатою невеста,
одна сидит за столом. Из-за траурной молитвы
голос жениха почти не слышен.
Мы оставили этот стол без тебя,
а ктуба твоя будет надписью на камне.

(1965? перевод Г. Горбовского)

Collapse )
Buchenwald survivors kids

Говорят дети. "Мишина Фуга". Часть 4-я.

продолжение.
часть 1: http://toh-kee-tay.livejournal.com/628071.html
часть 2: http://toh-kee-tay.livejournal.com/628882.html
часть 3: http://toh-kee-tay.livejournal.com/631619.html




18-го января 1945 года Миша в числе примерно полутора тысяч заключенных лагея B-IID отправился из Освенцима маршем смерти. В Освенциме он провел 13 месяцев.

Стоял страшный мороз, сухой мороз, под двадцать градусов, наверное. Хрустящий снег. Ноги закоченели, а на мне были кожаные ботинки, и движение согревало нас, но вот носков не было. Тогда, следуя чьему-то совету, я обернул ноги газетой – и это очень помогло, и я шел с газетой в ботинках следующие три-четыре дня. И вот мы идем колонной в сторону города Гляйвица. От усталости и жажды я начинаю потихоньку сходить с ума. Я говорю, не могу больше идти, мне ответили – можешь и будешь идти, взяли меня под руки и заставили идти дальше. Мы шли два дня подряд и часам к девяти-десяти вечера я совсем обессилел. Но тут мы увидели в снегу, прямо в снегу в канаве - мертвые тела.





Их убили, должно быть, час или два назад. Они больше не могли идти, и их застрелили и бросили в канаву. От этого зрелища я перепугался до чертиков.

Collapse )

Продолжение следует.
Владка Мид

Владка Мид "По обе стороны стены"

продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Абраша Блюм (окончание)



Когда я пришла в себя, комната кишела разъяренными людьми, и они забрасывали меня вопросами. Они боялись, что из-за меня сожгут весь дом. Явились три полицейских поляка, выгнали всех остальных и принялись допрашивать меня одну. Я всё еще плохо соображала, отвечала с трудом, пыталась повторить в точности то, что сказала ранее немецкому офицеру, арестовавшему нас с Абрашей. Полицейские вновь обыскали комнату, то и дело засовывая вещи себе в карманы. Мне было всё равно. Я понимала, что скоро конец. Единственное, что я хотела знать – жив ли Абраша? Что с ним?

И вдруг в сопровождении полицейского в комнату вошел Абраша. Я содрогнулась. Его лицо было сине-багрового цвета, и одна сторона распухла. Голова в крови, кровь изо рта, руки в синяках. Он едва мог идти. Я упросила полицейского разрешить ему лечь. На все вопросы он отвечал вяло и бессвязно.

Не помню, сколько продолжался допрос, наконец нас вывели из комнаты. Абраша шел из последних сил, морщась от боли. Шепотом я спросила его, как он себя чувствовал, он не смог произнести ни слова.

Collapse )

лучше поздно, чем никогда: я отсканировала свою карту Варшавского гетто
а то в сети они все маленькие, и не видно названий мелких улиц.

гетто во время войны: http://farm9.staticflickr.com/8477/8166711110_ebfe135d2a_o.jpg
гетто наложенное на теперешнюю карту Варшавы: http://farm8.staticflickr.com/7272/8166681091_2b6cec0236_o.jpg
Buchenwald survivors kids

Десять мужчин и одна девушка

000Наверное, для каждого его плен – самый долгий, его свобода – самая сладкая, его марш смерти – самый мучительный.

Два месяца гнали их в лютую стужу, босых, полуодетых, избитых, израненых, неделями не евших ни крошки, вместо воды – грязный снег под ногами. Из всей почти полуторатысячной колонны их оставалось не более трехсот. «До меня не сразу дошло, что все эти существа – женщины...»

А в городках по обочинам дороги поглазеть на них собираются местные, тепло укутанные, сытые, от мороза румяные, любопытные. «Мама, мама, дай мне своё обручальное кольцо, и я обменяю его на хлеб...» Обручальное кольцо! Как она сохранила его – в голодном гетто, в лагере, в этой колонне – один бог ведает, но сохранила – потому что верила, что он жив, и что когда-нибудь они снова будут вместе. Но шестнадцатилетней девчонке наплевать: ломоть хлеба с холодной картошкой сверху сию же минуту – да за это не жаль и десяти обручальных колец! «Я не думала о том, как вернуться обратно, какая разница, главное – хлеб. Я взяла кольцо, мама пожелала мне удачи, ее пальцы были обморожены и не двигались. Ханна терпела молча. Мы расстались. Всё. Больше я никогда их не увижу.» Она выскользнула из колонны мимо охраны, нырнула в какие-то стойла с несколькими лошадками и там затаилась. Вошел паренёк, и она немедленно спросила по-немецки, не обменяет ли он ей кольцо на хлеб. Паренёк взял кольцо, исчез и вскоре вернулся – с полицией. Оказалось, там был полицейский участок, и они всей толпой погнали ее с пистолетами и вилами обратно в колонну марша смерти. «Они кричали, что я оскверняю собой их очищенный от евреев город!» Через несколько минут она предприняла вторую попытку. В этот раз конвой сразу же заметил ее, и вслед ей полетели пули. «Больше всего я боялась, что мама увидит, как меня застрелят, и я бежала изо всех сил на обмороженных ногах – спрятаться за спинами зевак, чтобы она ничего не увидела, потому что она же была там... Я протиснулась сквозь толпу, вбежала в хлев у дороги, упала в кормушку и осталась лежать, ожидая своих убийц.» ...Сара Матузон, ее зовут Сара Матузон, день – 26-е января 1945 года, а городок, как она потом узнает, называется Гросс Големкау, километрах в тридцати к югу от Данцига.

Collapse )



crossposted to foto-history
crossposted to ru_history

oneg shabbat archive

Архив «Онег Шаббат». Эмануэль Рингельблюм, Варшава. Май 1941 (продолжение).

Updated: May 8, 2011

18 мая

Мой дорогой:

16-го мая гетто облетела новость, что будто бы в половине двенадцатого в мегафоны объявили, что в Геринга стреляли, и он умер от ран. Рассказывали, что половина города слышала это объявление, но при этом никто не слышал его своими собственными ушами. Некоторые узнали эту историю днем раньше и в подробностях. На съезде нацистской партии были острые дискуссии и глубокие разногласия, и по окончании съезда Геринг попытался сбежать, но был ранен. На этом скромном основании гетто выстроило целые воздушные замки – о перемирии, об объявлении мира. Люди поднимали тосты за новую эру, и, ненадолго, вздохнули свободно. Были даже те, кто хотел выйти из гетто на Ту Сторону – ведь больше некому их остановить. В своем воображении они видели разрушенную Стену, немцев с понурыми головами. Говорят, причиной этого слуха стало сообщение о смерти пастора Герлинга или Герлиха. Горькое похмелье наступило в тот же вечер и на следущее утро. Газеты опровергли слух. Такой массовый психоз, во время которого многие даже слышали, как немецкие солдаты на почте разговаривали о смерти Геринга, напоминает «шабтайский» психоз семнадцатого века, когда евреи, верившие, что Шабтай Цви действительно был Машиахом, распродали всё и приготовились к путешествию в Палестину. На Той Стороне ничего не знали об истории с Герингом. Они узнали о ней от евреев на следующий день. ---
«Тринадцатка» создала общество милосердия, возглавляемое доктором Сиротой (сын кантора Сироты), которое ежедневно раздает хлеб и кофе. На улице Лешно длинная очередь; некоторым достается хлеб. Сегодня, 18-го, они раздали 110 батонов хлеба, конфискованных у пекарей. Траты небольшие, популярность огромная!

(*** лирическое отступление

Кантор Гершон Сирота

послушайте вот: Псалом 55 "Хаазину Элоим" под музыку итальянского композитора семнадцатого века Алессандро Страделла.

Погибнет во время восстания варшавского гетто. А сын его в Тринадцатке – «еврейском гестапо».

конец лирического отступления ***)

Говорят, «Тринадцатка» получила концессии на поставки в гетто картофеля и овощей. Кон получил концессию на трамвай на конской тяге. ---
Во время истории с Герингом цена твердого доллара возрасла до 200 злотых. Говорят, сама история была сфабрикована по заказу биржи бывшим журналистом, человеком по имени П., который этим зарабатывает на жизнь. На следующий день доллар упал до 150. ---
Прожиточный минимум продолжает расти. Хлеб опять стоит 14.50 злотых за кило. ---
В меморандуме Мейсснера о гестапо, он показывает, что охрану в лагерях набирают по инструкциям Розенберга. Но оказалось, что на несколько десятков лагерных охранников заведены уголовные дела в Германии и Польше. Меморандум отмечает, что в некоторых лагерях с 4-го по 9-е мая еды работникам не давали вообще. Обычно компаниям требуется разрешение на продовольствие. У нас просто дефицит продовольствия. ---

Мертвых лагерников привозит обратно в Варшаву Пинкерт, владелец похоронного бюро. Неиссякающих поток мертвецов, хотя в некоторых лагерях ситуация улучшилась. ---
В Лодзи зарегистрировано 20000 больных с легочными заболеваниями. Это правда, что в Лодзи, индустриальном городе, и до войны было много больных туберкулезом, но 50% населения – это пугающая цифра. Смертность там даже выше, чем в Варшаве. ---
В связи с приездом Румковского следует отметить, что три квартала тому назад, когда немецкая комиссия посетила Лодзь, он представил лодзинское гетто земным раем. (*** Хаим Румковский – глава юденрата Лодзи ***). Считают, что это повлияло на установление других гетто на территории Генерал Губернаторства Польши. То есть, Румковский доказал успешность эксперимента с гетто. ---
Евреев выселяли из Млавы уже дважды. Тем не менее, они продолжают возвращаться в Млаву, потому что условия там намного лучше, чем в Варшаве. ---
Схватили нескольких рабочих, пытавшихся перейти границу Рейха; когда немцы выяснили, что пленники искали работу, им разрешили пройти. ---
Щедрость богачей, и раньше невеликая, стала еще меньше. Причина: они боятся, что с повышенем прожиточного минимума быстро истратятся все их сбережения. ---
Посчитали, что тогда как евреи получают в день продуктов общей стоимостью 13 грошей, ариец получает в день продуктов общей стоимостью 37 грошей. ---
Специальную операцию, призванную заставить делать пожертвования при помощи санкций, богачи называют «негодяйской». Лучшее доказательство того, что операция была успешной.


translated from the book "Notes From The Warsaw Ghetto" The Journal of Emmanuel Ringelblum, ISBN 1-59687-331-0