Category: история

ringelblum

Рингельблюм. Польско-еврейские отношения во время Второй Мировой Войны

7. На Арийской стороне. (ч.3)



Евреи на Арийской стороне настоящие конспираторы. Никто не знает их адресов. Брат не знает адрес брата, дети не знают адреса родителей – пользуются адресами посредников. Навещать друг друга не рекомендуется, это может привести к разоблачению. Встречаются обычно в трамваях, кафе и т.д. Записывать адреса запрещено, надо учить наизусть или как-нибудь кодировать.

Евреи выходят на улицу с наступлением темноты, когда лица трудноразличимы. Побеги на Арийскую сторону устраивают ночью или на рассвете. Благословенная темнота! Она спасла жизни многим евреям на Арийской стороне. И хотя sczmalcowniks придумали высвечивать лица прохожих фонариками, но евреи просто отворачиваются.

Некоторые евреи «на поверхности» не только гуляют по городу, но даже путешествуют по стране в поездах. Некоторые бравируют тем, что ходят в рестораны и кафе, ездят в вагонах Nur für Deutsche (*** только для немцев ***)... И попадаются в конце концов.

В качестве иллюстрации я расскажу про несколько человек. Один, не слишком арийской внешности, ростом под два метра, носит усы и зеленый пиджак. У него документы поляка, убитого во время бомбежек. Он какое-то время скрывался в Коломие у украинской женщины, которой в свое время много помог при большевиках. Он занимался торговлей валютой, золотом и ценностями, которые привозил в Варшаву. Позже он внедрился в Rohstofferfassung (*** контора сырья? по заготовке и сбыту? ***), где получил трудовую книжку, с которой мог путешествовать по стране. Пойманный с поличным в Коломие, он бежал, и с тех пор прячется в Ченстохове.

***

Варшавский адвокат добывал людям арийские документы с помощью знакомых управдомов, служил посредником в продажах строительных участков, торговал валютой, стройматериалами, недвижимостью. Он принимал клиентов в кафе, толпы клиентов. Неудивительно, что при такой бурной деятельности его арестовали по доносу одного из знакомых.

***

У пани У. «хорошая» внешность. Натуральная блондинка, она отважна и дерзка. До войны она училась за границей и приехала домой на Пасху 1939-го года. Мудрецам из Охранки это показалось подозрительным, ее несколько раз допрашивали и в итоге больше не выпустили из страны. Она зарегистрировалась полькой и не жила в Гетто. В течение долгого времени она занималась тем, что возила разные товары в Демблин, и привозила обратно продовольствие. Иногда по ночам она проскальзывала в Гетто, где недалеко от Стены жили ее родители. Родители контрабандой отправляли товары из Гетто, дочь продавала их на Арийской стороне. Пани У. устроила на Арийской стороне не только свою семью, но и подруг и знакомых. И изо всех сил помогала им деньгами. Когда после акции по «ликвидации» в апреле 1943-го все связи с Гетто прервались (*** т.е. все погибли во время Восстания ***) , пани У. установила торговые отношения с группой иностранцев, через которых она импортирует товары и продает в магазины.

(*** лирическое отступление
Далее Рингельблюм рассказывает о женщине по имени Бася Берман (пани И.) Бася Темкин-Берман с детства помогала людям, горела жаждой социальной справедливости, состояла в Поалей Цион, вышла замуж за соратника по партии Адольфа Авраама Бермана, участника Еврейской Боевой Организации в Гетто, генсека Жеготы (http://toh-kee-tay.livejournal.com/321196.html), депутата польского послевоенного Сейма, председателя центрального комитета польских евреев (из которого его изгнали за сионизм (!!!)), и, наконец, одного из руководителей компартии Израиля. Короче, пани И. не простая смертная. Она умерла относительно молодой, уже в Израиле, от болезни. В конце поста в примечаниях Краковского и Кермиша много о ней, а я тут просто повешу немножко фотографий. У пани И. не просто «не слишком хорошая внешность», у пани И. чисто еврейское лицо.

Collapse )

конец лирического отступления ***)

Пани И. (5) весьма необычная еврейка «на поверхности». Библиотекарь по профессии, она преодолела все трудности, чтобы открыть публичную детскую библиотеку в Гетто. Несмотря на барьеры и препоны, встававшие на каждом шагу, ей это удалось. Она активно работала в организации помощи детям под эгидой «CENTOS» (6). Когда началось «переселение», она несклько раз оказывалась на Умшлагплаце(7) и чудом избежала отправки «на Восток», как немцы называли Треблинку. За день до «котла на улице Низкой» (8) - прямоугольник между улицами Генся-Низкая-Смоча-Заменгофа, куда согнали всё население (*** об этом событии в архиве Онег Шаббат: http://toh-kee-tay.livejournal.com/492997.html ***) – пани И., как по наитию, бежала с мужем на Арийскую сторону. Ей пришлось дважды откупиться от sczmalcowniks , карауливших Гетто так же бдительно, как украинцы и латыши (*** литовцы?? ***). Второй раз она даже угостила кофе вежливого шантажиста в кафе. Изведав арийских шпор, пани И. не испугалась, как часто бывает, не залегла «на дно», и не вернулась в Гетто. Пани И. одарена характером, она твердо и упрямо идет к цели. Она сказала себе: обратной дороги в Гетто нет, Гетто обречено на гибель. У пани И. не слишком «хорошая» внешность, но она знает, что не внешность главное, а то, как человек себя подает. Она всегда спокойна и приветлива, никого не боится и всё время улыбается. Она с достоинством носит траур. Если кто-то взглянет на нее в трамвае, она не отводит глаз, а если кто-то изучает ее, она подходит и спрашивает, который час. Пани И. всегда работает. В начале она служила горничной у антисемита, который всё внушал ей ненависть к евреям. Главное ее занятие это спасение ее многочисленных друзей из Гетто.

Пани И. не из тех, кто, бежав из Гетто, изолирует себя и прерывает все контакты, лишь бы не дай бог не подвергнуть себя опасности. Наша «арийка в трауре» на протяжение многих лет была членом рабочей партии, где она впитала принципы альтруизма и долга перед обществом, научилась идти на риск ради других и трудиться на благо всех. Оставаясь верной этим принципам, добрая пани И. постоянно помогает товарищам, с которыми вместе работала много лет. Ее дело непростое. Она помогает людям, посвятившим жизни служению обществу, людям, привыкшим полагаться только на себя и неохотно принимающим помощь. Те, от кого зависят судьбы тысяч людей, не хотят оставлять свои посты и прятаться на Арийской стороне. И однако же у них нет выбора – спастись можно только на Арийской стороне. С 5-го сентября 1942-го года пани И. не входила в ворота Гетто, она проводит агитацию по телефону. Остается лишь восхищаться мастерству, с которым она ведет разговор так, чтобы еврей на том конце провода всё понимал, а подслушивающий за ними ариец ничего не заподозрил в ее болтовне. Уговоры – первая часть работы, воторая – помощь тем, кто уже здесь. У интеллигенции – а она составляет большинство подопечных пани И. – просто нечем платить раздутую аренду: дешевое жилье надо искать среди образованных поляков. Дальше – помощь тем, кто уже живет на Арийской стороне, поиски жилья людям, чьи квартиры разоблачили, и тысячи других ежедневных ситуаций в тяжкой жизни евреев «на поверхности» и «на дне». Важная часть работы пани И. – забота о детях, чьи родители погибли во время «акций». Пани И. вечно занята, множество людей обязаны ей спасением. Именно она научила автора этих строк, как вести себя «на поверхности», и именно благодаря ее помощи его спасли из трудового лагеря.

Collapse )

продолжение следует.

перевод из книги Emmanuel Ringelblum "Polish-Jewish Relations During the Second World War" edited by ‎Joseph Kermish, ‎Shmuel Krakowski, ISBN 0810109638, 9780810109636

тэг всех постов с переводом этой работы: http://toh-kee-tay.livejournal.com/tag/polish-jewish-relations-wwii
ringelblum

Рингельблюм. Польско-еврейские отношения во время Второй Мировой Войны

7. На Арийской стороне. (ч.1)



Евреи «в укрытиях». – Арийские документы (1) . – Что значит «хорошая» внешность? – Инструкции и наставления еврею «на поверхности» . – Укрытия на Арийской стороне. – Заболеть опасно, умереть и того хуже. – Смелость и безрассудство. – Sczmalcowniks и шантажисты. – Осы и стервятники. – Разоблачение. – Честные sczmalcowniks . – «Крошка Феликс» из Парысова. – Крупномасштабный и безнаказанный шантаж. – Антисемитам больше не на кого охотиться. – Евреи в укрытиях за городом. – Преступления Синих Полицейских.

У еврея на Арийской стороне было два варианта: остаться «на поверхности» или уйти на дно. В первом случае еврей превращается в арийца: обзаводится документами и живет легально, зарегистрированный по месту жительства. Во втором случае, обладатель еврейской внешности прячется – либо в укрытии, либо в комнате-тайнике, – нелегально, нигде не зарегистрированный. Документы чаще всего римско-католические, реже – фольскдойче, если вы блондин и бегло владеете немецким. На востоке евреи прикидывались украинцами. И совсем уж редкостью были евреи, притворявшиеся немцами, только хорошо ассимилированные евреи из Германии.

Жизнь «на поверхности» далеко не легка, в постоянном страхе и напряжении. Опасность подстерегает на каждом шагу. Владелец многоквартирного дома – вынюхивает еврея в каждом новом жильце даже после подтверждения его арийскости из заслуживающих доверия источников. Сборщики платы за газ и электричество, швейцар, сосед и т.д. – всё они представляют опасность, так как каждый из них может опознать в вас еврея. При всём при этом, количество мнимых опасностей намного превосходит количество опасностей реальных. И именно эти воображаемые страхи – подозревает ли сосед, швейцар, хозяин квартиры – наиболее опасны. Еврей, не привыкший к жизни «на поверхности», выдает себя своим страхом: озираясь, нервничая, вздрагивая подобно загнанному зверю.

Другое необходимое условие выживания на Арийской стороне – наличие работы. Еврею «на поверхности» необходимо где-то работать, иначе его рано или поздно обнаружат. Так что большинство работает. Еврейки, в большинстве с высшим образованием, работают служанками, горничными (2), на заводах, в больницах, продавшицами и даже учительницами. С тех пор как стало известно, что еврейки ищут работу горничными, всех кандидаток обязали предоставлять подтверждение арийскости из надежных рук. Еврейки также работали секретаршами в немецких фирмах. Евреи работали торговцами, ремесленниками, даже в гос.учреждениях. Некоторые, чтобы сохранить связь с Гетто, работали возле Стены, или даже на немецких завода внутри Гетто, где работали арийцы. Те, кого преследовали, бежали за пределы Генерал-Губернаторства. Многие еврейки добровольно уезжали на работу в Германию. Их было много, по крайней мере сотни, а то и больше. Феномен получил название Arbeitsamt, и тогда для выявления евреев и евреек приглашали специального агента, еврея. Мужчины реже нанимались на работу в Германию из-за того, что процедура требовала медосмотра. Но и это можно было обойти купив документы о том, что вы уже прошли медосморт, или даже послав вместо себя на медосмотр арийца. Из-за трудностей связанных с отъездом в Германию, евреям приходится искать другие пути. Они нанимаются в трудовые бригады на Восток (*** арийцами, разумеется ***), где к рабочим особое отношение. Некоторые уезжают в регион, который раньше назывался Галиция, и с недавнего времени для отправки туда тоже часто устраивают медосмотр для выявления евреев.


Collapse )

продолжение следует.

перевод из книги Emmanuel Ringelblum "Polish-Jewish Relations During the Second World War" edited by ‎Joseph Kermish, ‎Shmuel Krakowski, ISBN 0810109638, 9780810109636

тэг всех постов с переводом этой работы: http://toh-kee-tay.livejournal.com/tag/polish-jewish-relations-wwii
ringelblum

Рингельблюм. Польско-еврейские отношения во время Второй Мировой Войны

5. Польско-еврейские экономические вопросы (ч.7)


В ходе этой войны были созданы условия, на каждом шагу препятствующие евреям запретами. Каждый закон немецких властей был направлен против евреев. Когда зимой 1940-го вышел указ о проштамповке банкнот Эмиссионного Банка (18), тысячи евреев оказались в тяжелом положении, так как согласно предыдущему указу они уже сдали все наличные сверх двух тысяч злотых на Sperrkonto в банки. Таким образом еврей не мог обменять больше двух тысяч злотых, но и это было непросто, потому что евреев выгоняли из очередей, тянувшихся перед Эмиссионным Банком. (*** В дополнение к примечанию 18: штамповали старые банкноты и отдельно фальшивые банкноты, а дело было так: в декабре 1939 года в Генерал Губернатрстве появился Польский Эмиссионный Банк, президентом которого немцы назначили Феликса Млынарского. Под чутким руководством из Германии банк печатал «млынарки» , еще называемые «краковский злотый». Старые банкноты оставались в обращении, но должны были быть «проштампованы» печатью Генерал Губернаторства:

Collapse )

Новые же деньги немедленно начали подделывать все, кому не лень. Сильнее всего не лень было Польскому Правительству в изгнании в Англии, подделывавшему банкноты миллионами и переправлявшему их прямо на печатный двор банка, где их обменивали на настоящие и передавали польскому подполью, а поддельные тоже выпускали в оборот. Немцы приказали собрать все банкноты и пометить фальшивые специальным штампом. Вот так выглядели проштампованные фальшивые «млынарки»:

Collapse )

Любопытный факт: в результате одного единственного ограбления варшавского отделения Эмиссионного Банка 12-го августа 1943 года, на которое у польских подпольщиков ушло две минуты, они захватили чуть ни в десять раз больше денег, чем получили в результате всей кропотливой работы по печати, переправке и обмене фальшивок за всю войну.

Источники:
http://www.numismondo.net/pm/pol/index89.htm
http://www.atsnotes.com/articles/article-goral-en.html
http://tonyjamesnoteworld.biz/wp-content/uploads/2014/02/Banknotes-or-stamps-for-a-Ghetto-Warsaw-Ghetto-post-office-unissued-banknotes.2013.pdf

***) Оставалось одно – искать помощи у арийцев, многие из которых извлекли немалую прибыль, беря проценты за обмениваемые для евреев суммы: сперва десять, а позже двадцать процентов и больше. К концу, поляк, совершавший обмен для еврея, совместно с банковским клерком забирали три четверти обмениваемой сумы. В те времена тысячи евреев потеряли свои состояния за неимением арийского посредника, который бы согласился обменять им деньги.

Collapse )

продолжение следует.

перевод из книги Emmanuel Ringelblum "Polish-Jewish Relations During the Second World War" edited by ‎Joseph Kermish, ‎Shmuel Krakowski, ISBN 0810109638, 9780810109636

тэг всех постов с переводом этой работы: http://toh-kee-tay.livejournal.com/tag/polish-jewish-relations-wwii
Buchenwald survivors kids

Абба Ковнер о вине и отчаянии.Часть 1-я.

אל נלך כצאן לטבח

из невошедшего в фильм

В этом отрывке речь идет о знаменитом воззвании Аббы Ковнера, написанном 31-го декабря 1941 года и начинающемся словами «не пойдем как овцы на бойню». Клод Ланцман хочет знать две вещи: во-первых, было бы воззвание другим, если бы Абба Ковнер жил в гетто, и во-вторых, откуда эти пророческие слова «Гитлер планирует уничтожить всех евреев Европы» в конце 1941 года, когда никто еще пока ни сном ни духом.


Нас не поведут, как овец, на бойню!
Еврейская молодежь, не давай сбить себя с пути. Из 80 000 евреев Вильнюса, Литовского Иерусалима, осталось всего 20 000. На наших глазах отняли наших родителей, наших братьев и сестер.
Где сотни людей, которых забрали на работу литовские «хапуны»? Где раздетые догола женщины и дети, которых увели в страшную «ночь провокации»? Где евреи, которых увели в Судный День? Где наши братья из Второго гетто?
Все, кого увезли из гетто, никогда больше не вернутся.
Все дороги Гестапо вели в Понары.
А Понары — это смерть!
Сомневающиеся! Избавьтесь от иллюзий! Ваши дети, ваши мужья и жены погибли.
Понары — это не лагерь. Их всех убили там.
Гитлер намерен уничтожить всех евреев Европы. Евреям Литвы суждено стать первыми на этом пути.
Не будем же овцами, покорно идущими на убой!
Правда, что мы слабы и беззащитны, но сопротивление должно стать единственным ответом врагу!
Братья! Лучше погибнуть свободными борцами, чем выжить по милости убийц.
Сопротивляйтесь! До последнего вздоха!

(*** русский перевод воззвания - из Вики ***)


Английский текст: Pronouncement by Abba Kovner.
На процессе Эйхмана Абба Ковнер по просьбе прокурора читает своё воззвание.
Он сочинил его на иврите, затем перевел на идиш.

иврит и синхронный перевод на немецкий:




***

Клод Ланцман: Я хочу... в который раз задать Аббе Ковнеру вопрос, который уже задавал, но в этот раз пусть он ответит. Вопрос был таким: написал бы он это воззвание, если бы все шесть месяцев – с начала немецкой оккупации Вильны – жил в гетто безвыходно, подвергаясь «акциям» вместе с остальными евреями, испытывая тот же страх, что и они?

Абба Ковнер: Логичный и умный вопрос, мне редко его задают. Сам же я задаю его себе часто. […] У меня в руках распечатка воззвания, которое я отправил в... январе 1942 года в гетто в Вильно. Я помню, что написал его в конце декабря 1941-го в монастыре. Я не собираю читать весь текст, лишь подчеркну три главных момента. Первое, что я хотел сказать евреям, и, главное, еврейской молодежи, это... обличить главного врага, стоявшего между нами и истиной. Этим врагом был... овладевший нами самообман.

Collapse )

из текстовой расшифровки беседы с Аббой Ковнером для документального фильма Клода Ланцмана "Шоа":
http://data.ushmm.org/intermedia/film_video/spielberg_archive/transcript/RG60_5017/A2E8DDA1-80C8-4C01-AB31-2C8C2BFB89D8.pdf

Kovner_2


+++ и не только в жж: https://sites.google.com/site/nyatki/abba-kovner-o-vine-i-otcaanii
ringelblum

Рингельблюм. Польско-еврейские отношения во время Второй Мировой Войны

5. Польско-еврейские экономические вопросы (ч.1)


Создание Гетто. – Намерения и реальность. – Гетто, концентрационный лагерь. – Гетто работает на Арийскую сторону. – Подержанная одежда влияет на платежный баланс в Гетто. – Хранение имущества и товаров на Арийской стороне. – Агенты полиции. – Обмен валюты. – Ода Неизвестному Контрабандисту. – Распродажа еврейской недвижимости. – Резюме.



Формируется Гетто (1) , и начинается новая эра польско-еврейских отношений. При помощи Гетто немцы намеревались целиком изолировать евреейское население и отделить его полностью от арийского. Этой изоляцией следовало довести Гетто до такого состояния, чтобы евреям было нечем дышать, и чтобы они умерли от голода.

Процесс устранения евреев из экономической жизни страны начался, как только пришли немцы. Евреев убрали со всех постов в правительстве, из муниципальных и государственных учреждений, и коммерческих фирм. Арийским предприятиям запретили принимать евреев на работу. Евреям закрыли доступ в частные и публичные библиотеки, в театры, в кинотеатры и т.д. Им запретили пользоваться общественным транспортом (поездами дальнего и ближнего следования, автобусами, трамваями и т.п.) Еврейскую молодежь не принимали ни в государственные школы, ни, разумеется, в частные арийские школы. Все экономические и культурные связи между евреями и арийцами должны были быть полностью оборваны. Фактически, под запретом оказались и социальные взаимоотношения, хотя на этот счет не было издано официальных регламентаций. Гетто было призвано увенчать процесс сегрегации. С этого момента евреи будут общаться с окружающим миром только с разрешения и под контролем властей. Гетто должно было быть герметично закрыто.

Арийский мир – в официальной терминологии Umwelt – это другая страна, отделенная от Гетто границей с приграничными таможенными постами. Экономический обмен между двумя странами возможен только после оформления таможенного разрешения. Такое разрешение выдает специально созданный департамент под названием Transferstelle (2) . Гетто должно было отработать, прежде чем получить продукты. Снабжать Гетто продовольствием собирались по количеству предоставленного труда. Когда создавалось Гетто, ходили одновременно такие идеи, которые, будучи реализованными, очень скоро привели бы к катастрофе. Например, чтобы Гетто расплачивалось за продукты валютой, ценностями и золотом. К счастью, эти планы не были осуществлены. Комиссар «еврейского района», Ауэрсвальд (3), как-то не смог решить эту проблему и пустил её на самотёк. На практике, Гетто было чем-то вроде автономии со своим муниципалитетом, службой охраны порядка, почтой, тюрьмой, даже со своим «Бюро Мер и Весов». Евреи относились к Гетто как к концлагерю за стеной и колючей проволокой, и единственное, чем Гетто отличалось от концлагеря, так это тем, что обитатели Гетто должны были из собственного кармана платить за свое содержание. (4)

Collapse )
перевод из книги Emmanuel Ringelblum "Polish-Jewish Relations During the Second World War" edited by ‎Joseph Kermish, ‎Shmuel Krakowski, ISBN 0810109638, 9780810109636

тэг всех постов с переводом этой работы: http://toh-kee-tay.livejournal.com/tag/polish-jewish-relations-wwii
ringelblum

Рингельблюм. Польско-еврейские отношения во время Второй Мировой Войны

тэг всех постов с переводом этой работы: http://toh-kee-tay.livejournal.com/tag/polish-jewish-relations-wwii

4. После вторжения Германии (part 2)


Наступила зима 1939-1940. Уличные хулиганы бесчинствовали в городе. Они нападали на прохожих евреев не зная жалости, особенно на пейсатых и бородатых. Для немцев бородатые евреи были замечательным развлечением. (11) Среди них были специалисты, останавливавшие ортодоксальных верующих и отрезавшие им бороды ножницами, а чаще ножами, вместе с кожей. Местная шпана последовала примеру немцев; визжа от хохота они помогали «нести культуру» нецивилизованным жидам. Иногда можно было наблюдать разделение труда: поляк указывал на бородатого еврея, немец останавливал его, и поляк затем держал еврея, пока немец отрезал ему бороду. Следуя немецкому примеру поляки останавливали и избивали прохожих. Днем, побаиваясь «приличных» немцев, которые иногда защищали евреев, хулиганам приходилось несколько ограничивать свою деятельность. Ночь, однако, полностью принадлежала им. Тогда они кутили свободно. Были улицы, куда еврей не мог и сунуться, если не хотел вернуться домой избитым в кровь, ограбленным и раздетым. Саксонский Сад, еще до войны знаменитый антиеврейскими выходками, теперь перешел в безраздельное владение антисемитских бандитов. Еврей даже днем не мог показаться здесь и уйти невредимым. Его непременно поджидала там одна из банд, беспощадно избивавших и грабивших всех подряд.


Примечания

(11) В первое время нацистской оккупации больше остальных доставалось религиозным евреям в традиционной одежде и с бородами и пейсами. Нацисты отрезали им бороды и пейсы самым жестоким образом. Например, они напали на дом престарелого рабби Шломо Давида Кахана, одного из самых уважаемых раввинов Варшавы, отрезали ему бороду и пейсы и велели ему петь и танцевать. От горя и позора рабби заболел. (*** Рабби Шломо Давид Кахана – это тот самый рабби, что сможет уехать в Палестину в 1940 и будет раввином в Старом городе в Иерусалиме, а после войны к нему будт обращаться вдовы погибших в лагерях смерти за помощью с разводом... ***) То же самое произошло в доме рабби Йеhошуа Гутшехтера, еще одного видного старика, и в доме Гаона Рабби Менахема Зембы. (***Рабби Земба возглавит раввинат Варшавского гетто, а еще он одним из первых пожервует денег для готовящегося восстания. В ночь Песаха – когда началось восстание – Рабби Земба как ни в чем не бывало провел пасхальный седер и погиб через несколько дней после этого – застрелен эсэсовскими автоматчиками перебегая через горящую улицу с пятилетним сыном на руках. ***) . В своем исследовании «Первые месяцы нацистской оккупации» Хартглас пишет среди прочего: «На Маршалковской видел своим глазами, как трое высокопоставленных офицеров армии, не гестаповцы, а офицеры вермахта, один из них майор, остановили еврея. Один достал из кармана маленькие ножницы, припасенные как раз для такого случая, и отрезал половину седой бороды еврея. Офицер в ранге капитана стоял сбоку и фотографировал эту сцену. Видимо, они хотели послать домой духоподъемную фотку с фронта.» (*** Аполинарий Хартглас, бывший депутат Сейма, политик и публицист, уедет в Палестину в декабре 1939. ***)

Иногда солдаты, офицеры и полицейские задерживали бородатых евреев и вели их в парикмахерские, где им сбривали бороды, после чего они обязаны были заплатить парикмахеру за работу. Но в большинстве случаев солдаты сами были парикмахерами. Пишет рабби Шимон Хубербанд: «Часто, поймав бородатого еврея, они хватали какую-нибудь прилично одетую еврейку и велели ей отрезать еврею бороду прямо на улице. Часто они заставляли еврея съесть его только что отрезанную бороду. Очень часто процедура отрезания бороды сопровождалась позорными издевательствами. Так, например, пишуший эти строки (Рабби Хубербанд) был арестован для принудительного труда в вечер Тиша бе-Ав 5400 (1940), когда шел по улице в сопровождении журналиста А. Штейра. Тогда же были арестованы еще два еврея – один с длинной черной бородой, другой с длинной бело бородой. После чего они остановили хорошо одетую молодую женщину и заставили ее отрезать нам бороды. Повинуясь, она плакала такому глумлению над честью Израиля. Они посадили нас в грузовик вместе с другими. Стоявшие вокруг поляки надавали нам в процессе тумаков. Грузовик приехал на улицу Новолипки недалеко от улицы Смоча. Пока часть поляков и немцев отправились по еврейским квартирам выносить мебель, мы ждали в грузовике, охраняемые другой частью. Они удвоили тумаки второй паре евреев. Они дали чернобородому еврею ножницы и заставили его отрезать пол бороды и половину усов белокурому еврею. Им не понравилось, как он исполнил их приказ, и его безжалостно избили. Потом они дали ножницы его товарищу, и повторился тот же спектакль. Всё это происходило в открытом грузовике на виду у всей улицы, еще до создания гетто. Местные поляки лопались от хохота, глядя на издевательства над евреями.
Но этого им было мало. Недалеко от того места, где остановился наш грузовик, была парикмахерская. Они позвали ее хозяина и приказали ему сбрить машинкой оставшиеся клоки бород. Парикмахер повиновался, и затем они велели каждому еврею заплатить ему по два злотых за доставленные хлопоты. Нас со Штейером тоже обязали ему заплатить – за то, что он нас не тронул. Увидев новые смехотворные лица евреев, главарь хулиганов заявил: «Ну вот, теперь вы красавчики-волокиты, можете целоваться с хорошенькими еврейками» Тут же один из них выпрыгнул из грузовика, остановил нескольких еврейских девушек и заставил их поцеловать свежевыбритых евреев перед толпой собравшихся поляков, веселившихся от всей души.» (Shimon Huberband «Kiddush Hashem, Ktavim Meyemey Hashoah», Tel-Aviv, 1969)



под катом фотографии на память

Collapse )

продолжение следует
ringelblum

Рингельблюм. Польско-еврейские отношения во время Второй Мировой Войны

тэг всех постов с переводом этой работы: http://toh-kee-tay.livejournal.com/tag/polish-jewish-relations-wwii

(***
некоторые главы придется разбивать на части, они слишком большие
+ не успеваю вычитывать. Если кто-то это осилит и найдет ляпы, пишите в комменты, я исправлю.
***)

4. После вторжения Германии (part 1)



Национал-социалистическое соцобеспечение – Облавы для принудительного труда – Уличная торговля – Антисемитские отбросы общества контролируют улицы – Грабеж жилых домов и лавок – Немецкие видео и фотосъемки – Налеты на железных дорогах – Погром в феврале 1940-го – Условия содержания еврейских заключенных в немецких лагерях и отношение поляков


После вторжения Германии атисемитизм возродился в полную силу. Он проявился в гуманитарной помощи, которую вела N.S.V. ( National-Sozialistische Volkswohlfahrt - Национал-социалистическая народная благотворительность (1)) . На площадях огромные грузовики N.S.V. раздавали голодному населению Варшавы бесплатный хлеб и суп. Первые несколько дней паёк давали и евреям. Но как оказалось, только ради кино, которое нацисты снимали в свежезахваченной столице. Я видел на Мурановской, как немецкие солдаты избивали евреев, которым только что перед объективом кинокамеры дали бесплатный хлеб и суп, и как разгоняли только что выстроенную немцами же для кино очередь. Антисемитская толпа выбирала какого-нибудь голодного еврея в очереди перед грузовиками N.S.V. и указывала немцам на Jude - словечко, быстро усвоенное шпаной.

Вскоре начались облавы для набора в различные формирования, куда требовались квалифицированные рабочие. Так как евреи пока не носили специальных отличительных знаков, немецким ищейкам было трудно распознать евреев среди неевреев. Антисемитская мразь пришла им в этом на помощь. Так польские антисемиты стали повязаны с немецкими нацистами. Объединили их, как обычно, евреи. Первые выходки польских антисемитов стали тяжелым потрясением для евреев. Они-то воображали себе, что когда враг – это новое воплощение низости и предательства тевтонских рыцарей, безжалостности и вероломства пруссаков, дикости вандалов, безнравственности готтентотов, жестокости монголов, варварства татар и зверства гуннов – захватит столицу, столь героически оборонявшуюся, его встретит всеобщее молчаливое презрение народа. Конечно же, никто не обвиняет поляков в том, что они не заняли подобающую позицию в отношении к врагу. Следует отдать уважение поляком за то, что несмотря на страшный террор, не нашлось ни одной выдающейся личности, готовой играть роль польского Гаха. (2) Поэтому еще тревожнее от того, что такую позицию занял не весь народ. Уже в октябре набралось значительно антисемитского элемента в помощь немецкой войне против евреев. У коллаборационизма было множество проявлений, и он охватывал большие или меньшие территории в зависимости от внешних обстоятельств. Антисемитские настроения усилились по возвращении тысяч поляков с территорий, оккупированных сперва Советами, а затем немцами, и рассказов о зверствах НКВД (в которой, по рассказам, служили одни евреи, конечно же); таких зверств как Катынь (3), несмотря на множество еврейских имен в списке жертв. Огромная антиеврейская пропаганда, связанная с этим, а также разрыв дипломатических связей между польским правительством в изгнании и Советами и т.д., способствовали усилению антисемитизма. Первая улыбка и одобрительный кивок от польского антисемита немцу, были в ответ на тумак, отвешенный вторым еврею, схваченному для принудительных работ при содействии первого.

Начался массовый грабеж еврейских домов и заведений. (4) Вооруженные немецкие бандиты обчистили все квартиры одну за другой. Тут потребовалась помощь местных проводников. Эту достойную роль взяла на себя антисемитская толпа, служившая информаторами и указывавшая на дома и заведения богатых евреев. Немцы наняли в информаторы привратников и вахтеров многоквартирных домов. Среди них были и отбросы еврейского общества. От участия в грабеже еврейских домов, складов и заведений до формального сотрудничества с Гестапо и немецкой полицией оставался один шаг. Позже эти же лица вступили в разного рода Lagerschutz (5), в обязанности которых входило охранять еврейские трудовые лагеря. Они издевались над заключенными и истязали их безнаказанно, безжалостно калеча и убивая тех, у кого не было денег от них откупиться.

С того момента как польские антисемиты помогли немцам отогнать голодных евреев от цистерны с супом, «улица» стала связной ниточкой между польскими антисемитами и нацистами. «Улица» постоянно поставляла им добычу. Из этих профессиональных информаторов в будущем сформируются банды schmalzowniks (6) и шантажистов, которые будут терроризировать евреев на «арийской стороне» и которые, наряду с польской полицией (7) и ее агентами, станут самыми верными союзниками немцев в их охоте на евреев. (*** о «szmelcownicy» у Владки Мид: http://toh-kee-tay.livejournal.com/584036.html ***) Их глумливый смех, их непристойные шутки и ухмылки, и даже песенки, ими сочиненные – «Hitler kochany, Hitler zloty nauczyl Zydow roboty» [«Милый Гитлер, золотой Гитлер жидов работать научил»] – будут сопровождать бригады евреев по дороге на рабочие участки (8). (*** «внешние» бригады евреев использовали на работах за пределами гетто, к таким бригадам присоеднялись подпольщики, чтобы незаметно покидать гетто и возвращаться обратно. Но проверка на воротах была зверской: http://toh-kee-tay.livejournal.com/580801.html (как вышла из гетто Владка) ***) Улица с этого времени превратилась в царство антисемитской толпы, правящей с согласия немцев.

Осенью 1939 года на улицах Варшавы велась очень оживленная торговля (9). Тысячи людей, потерявших имущество во время бомбежек, вышли на улицы, чтобы продать оставшееся. Большинство магазинов к тому моменту закрылось, боясь немцев, которые, под педлогом, что покупают товар, брали его за бесценок. Настало время, когда всё, что угодно, можно было купить на улице почти задаром. Антисемитская шпана считала своей обязанностью указывать немцам на уличных торговцев-евреев. Вместе с этими грабителями немцы забирали всё даром или за пару грошей. Я часто видел, как еврейки – торговали только женщины, мужчины боялись выходить на улицы – вопили от отчаяния, когда у них отбирали всё и не оставляли им возможности заработка. Так евреев изгнали с улиц города. Вся уличная торговля практически целиком перешла в руки поляков.

Эти головорезы не ограничились уличными торговцами, но также указали немцам на склады и магазины. Сотрудничество немецких солдат, гестапо и фольксдойче с одной стороны, и польских антисемитов с другой стороны принесло богатые плоды в форме разоренных еврейских магазинов, мастерских и складов, разграбленных и обчищенных догола в течение каких-то месяцев. В результате немцы отобрали состояния, заработанные трудом и потом многих поколений. Иногда владельцы складов и магазинов в отчаянии даром раздавали свой товар прохожим. Магазины постоянно грабили: достаточно было немцу с подружкой из района красных фонарей зайти в дверь, как за ними вламывалась толпа и сметала с прилавков всё, что могла унести. Во многих случаях немецкий жандарм становился защитником от нападения местных антисемитов!

Немцы сообразили, какой отличный пропагандистский материал может выйти из этой их роли защитников против агрессии поляков. Получился необыкновенно эффективный психологический пропагандистский трюк. Евреи – утверждают немцы – вредный, деструктивный, бесполезный элемент. Польское население их ненавидит, о чем свидетельствуют частые нападения поляков на евреев. Немцы служат инструментом восстановления закона и порядка. Они защищают евреев и приставляют их к полезной работе. Фотографии немцев в роли защитников евреев от поляков – когда подлинные, когда специально инсценированные – предъявляются как доказательство того, что немцы несут культуру (*** что немцы – Kulturträger ***) «Дикому Востоку». Далее, фотографии немцев, спасающих евреев от поляков, тиражируются во всех возможных вариациях. Так была достигнута очень важная пропагандиская победа. До внешнего мира доходили известия о зверствах немцев в оккупированных городах Польши, о массовых убийствах гражданского населения и особенно евреев, о сожженных городах и т.п. Тиражируя фотографии немцев защитников евреев, можно предъявить свидетельства немецкого человеколюбия. Иллюстрации, рисующие позитивную роль немцев на востоке, пользовались, вероятно, большим спросом в Heimatland (*** на родине ***), потому что такие сцены фотографировали безостановочно. Приходится признать очевидно невысокий уровень (*** интеллекта? ***) в самой Heimatland, т.к. они даже фотографировали немцев... избиваемых евреями...

Эти фото и киносъемки проходили не только в столице, но и в провинции (10). В первые месяцы войны был снят фильм на улице Любартовска в Люблине. Кусок этого фильма показывает, как евреи избивают немцев. Немец лежит на земле, а еврей его мучает. Вот что рассказывают об этом фильме: В один прекрасный день немцы собрали на площади всё еврейское население Люблина и велели им ждать. Так они весь день стояли с непокрытыми головами, и было им очень невесело и страшно. Затем их расставили в разных позах и велели им петь. Больше всего операторам фильма понравилась народная песенка на простой знакомый мотивчик, начинавшаяся словами Lomir zich iberbeit’n (Давайте, помиримся). Толпа пела ее со всё возраставшим жаром, доходившим до экстаза. Свидетели передают, что на люблинских евреев нашло что-то невероятное, настроение, объяснимое тем, что вместо слов Lomir zich iberbeit’n они пели Mir weln zay iberleb’n (Мы их переживем). Песня люблинских евреев, конечно же, не сбылась!

(*** Вот эта песенка, Давайте помиримся:


http://www.youtube.com/watch?v=5EwvfTO-jJU

***)

Collapse )
sidurim for sale

Россия во мгле.

Нечаянно и мои пять копеек к четырехсотлетию дома Романовых, извините :)

Сидя днями в подвале среди трупиков мышей разной степени мумифицированности, роясь в книгах разной степени древности, периодически зависаешь над какой-нибудь из них надолго. Рассказ в американском альманахе «Век» («Century») за 1893 год о голоде в восточной России в годах 1891-92-м. Я прямо в подвале сняла айфоном только страницы с картинками, но и по тому только тексту, что на них, нетрудно представить жизнь тех людей – и, главное, отношение автора статьи к царскому режиму. Переводить не буду, простите уж, у меня в ближайшие лет десять не будет времени на это. Так что читайте, коли дружите с английским языком. Я неожиданно читала с увлечением, множество русизмов в тексте (скорее, экзотизмов, но их горстями на страницу), семья антихриста графа Толстого как центр помощи голодающим («искушает их души мирскими благами вроде еды, одежды и тепла», вещал народу поп на одной из ж.д. станций ), верблюд по кличке «Герр Фельдфебель», типажи – от дочки Толстого до слишком ученого на свою голову «a muzhik», которого автор с изумлением встретил посреди океана безграмотности – и это искреннее недоумение американца перед обычными вещами: например, что не просто с согласия, но с санкции государства во время голода или эпидемий ходят крестным ходом; а когда это не помогает, обращаются к услугам профессиональных колдунов; если не помогают и темные силы, то остается лишь покориться судьбе; что властями запрещалось, чтобы дети играли на улицах во время голода, _дабы_не_гневили_Господа_, и что по той же причине крестянам запрещалось давать детям еврейские имена; что все земские школы, открытые при Александре 2-м, при его сыне превратились в церковные, и вместо географических карт и таблиц умножения там по стенам висят иконы и портреты царствующего дома. А «ученый» мужик при этом вообще знал географию, где находится Америка, и что в Америке – республика. И – оужас – что республика это хорошо! Не иначе переобщался с политическими ссыльными, сетует автор рассказа, и как бы сам в ссылку не угодил за такие речи. Зато другие мужики, разгружая зерно с парохода американской гуманитарной помощи «Индиана» говорили: «Богатый barin, должно быть, этот Америка!»


Если кому надо, я весь этот репортаж переснять могу и вывесить.
Но переводить, увы, уже не я.



Collapse )
ringelblum

Рингельблюм. Польско-еврейские отношения во время Второй Мировой Войны.

тэг всех постов с переводом этой работы: http://toh-kee-tay.livejournal.com/tag/polish-jewish-relations-wwii

3. Сентябрь 1939 года



Возврат к реальности – Еврейский вопрос исчезает с лица земли – Еврейские солдаты в сентябрьскую кампанию – Польско-еврейская социальная взаимопомощь – Еврейский гражданский комитет – Лига Воздушной и Химической Защиты (L.O.P.P. (1) - Liga Obrony Powietrznej i Przeciwgazowej )


Еще за несколько месяцев до начала войны ее ничто не предвещало в еврейском секторе. Антисемитизм процветал как ни в чем не бывало, даже там, где казалось бы, не должно было быть упора на национальные различия – в армии. Среди кадровых офицеров отношение к евреям было таким же, как и среди остального образованного сословия. Еврей не мог получить офицерского звания, будь он хоть семи пядей во лбу. Еврей не мог подняться выше младшего лейтенанта. Евреев не принимали в профессиональную армию. Евреи не могли участвовать в снабжении армии. То же самое и с военизированным обучением. Антисемитизм, привитый молодежи в университетах, перешел и на армию. (1)

Незадолго до войны, однако, польское общество образумилось и осознало, что антисемитизм – это орудие в руках Гитлера. Стало спокойнее, антисемитская пресса, видимо следуя указаниям, сменила тон и прекратила нападки на евреев. Еврейский вопрос, занимавший до того главное место в жизни страны – в форме рыночных прилавков, ритуальных забоев скота и квот – и затмивший все действительно насущные проблемы, вдруг исчез с политической сцены. Но было поздно. Гниль и разобщение зашли слишком далеко, чтобы в последний момент попытаться изменить курс будущей войны. Антисемитизм исчез как по волшебству, даже самые ярые антисемиты сообразили, что сейчас у поляков и евреев общий враг, и что евреи надежные союзники в борьбе против него. Везде ощущался спад напряжения: на улицах, в трамваях, в конторах царил дух взаимопомощи и согласия. Еврей, ощущавший себя еще недавно гражданином второго а то и третьего сорта, парией для битья, пинков и оскорблений на каждом шагу; еврей, смещенный со всех постов и т.д. – вновь ощутил себя полноправным гражданином, к которому отчизна обращается за помощью. Картина для иллюстрации. Сентябрь 1939: Двадцать солдат из познанского повята под командованием молоденького младшего лейтенанта входит во двор дома номер 7 по улице Огродова. В этом доме живут одни евреи, но в считанные минуты возникает атмосфера согласия между евреями и людьми из Познани, знаменитой своим антисемитизмом. Жители гостеприимно принимают солдат, угощают их абсолютно всем, что у них есть. Солдаты часами рассказывают о том, что пережили на фронте, жители – о бомбардировках столицы, и т.д. и т.п. Короче, реализуется видение Исайи, и ягненок ложится рядом с волком. Похожие рассказы передают из Лодзи и других городов. Чувством согласия и взаимопомощи в защите страны охвачены все классы и сословия Польши.

Collapse )


перевод из книги Emmanuel Ringelblum "Polish-Jewish Relations During the Second World War" edited by ‎Joseph Kermish, ‎Shmuel Krakowski, ISBN 0810109638, 9780810109636

вот ко всем ссылкам еще одна:
Варшава, сентябрь 1939 года. Война: http://toh-kee-tay.livejournal.com/599594.html
ringelblum

Рингельблюм. Польско-еврейские отношения во время Второй Мировой Войны.

тэг всех постов с переводом этой работы: http://toh-kee-tay.livejournal.com/tag/polish-jewish-relations-wwii

2. Польско-еврейские отношения перед войной


Во всем виноваты евреи – «Рыночные прилавки» вместо «Землю крестьянам» – Бойкот вместо рабочих мест для молодежи – Экономический антисемитизм – Культурный антисемитизм – Отношение крестьян к евреям – Рабочий класс против фашизма и антисемитизма


Чтобы понять структуру польско-еврейских отношений во время войны, нам потребуется исследовать довоенный период. Тогда станет очевидно, что катастрофические ошибки режима Санации(1) привели к роковым последствиям для страны и определили участь еврейского населения Польши. Политика правящей Санации довела страну до состояния экономического и политического развала. Эта политика помогла развернуть такую антисемитскую шумиху, что довоенная Польша стала ведущей антисемитской страной в Европе, уступая одной лишь Германии.

Важнейшие проблемы страны были оставлены без внимания, все проблемы рассматривались с антисемитской точки зрения. Евреев обвиняли во всех бедах, во всем видели руку «мирового еврейства» стремившегося править миром. Главным в Польше – стране, на две трети аграрной, – был земельный вопрос. От решения этого вопроса зависело нормальное развите промышленности и торговли, урбанизации, культуры, нормализация социальных проблем страны и т.д. Вместо решения аграрной проблемы в соответствии с нуждами миллионов безземельных крестьян и мелких землевладельцев путем раздела крупных латифундий, провинциальных крестьян агитировали отбирать лавки у евреев. Прилавки вместо земли – такова была программа объединенного антиеврейского фронта Эндеко-Санация (*** Санация и Национальные Демократы (ND, «ЭнДе») ***). Целью этой агитации наряду с частыми погромами в Пшытыке, Бресте, Белостоке, Кельце и в других областях было отвлечь внимание населения от настоящих насущных вопросов и направить его по ложному пути расовой дискриминации и межнациональной ненависти. (2)

Collapse )


***

перевод из книги Emmanuel Ringelblum "Polish-Jewish Relations During the Second World War" edited by ‎Joseph Kermish, ‎Shmuel Krakowski, ISBN 0810109638, 9780810109636